Выдающийся герой, полководец Михаил Скопин-Шуйский – наш земляк

В этом году страна в День народного единства 4-го ноября отметит очередную годовщину окончания Смуты. В преддверии этого славного праздника публикуем статью директора ГАИО А.М. Семененко об одном из героев Смутного времени — М.В. Скопине-Шуйском.

Как известно, территория будущей Ивановской области была практически в эпицентре событий Смутного времени, охвативших конец XVI – начало XVII веков. Среди деятелей тех лет встречается множество различных деятелей, имевших отношений к нашему краю, как со знаком «плюс», так и со знаком «минус». Среди тех, кем мы гордимся, великие спасители Отечества Козьма Минин и князь Дмитрий Михайлович Пожарский, а также - кинешемский воевода Фёдор Боборыкин, сотник Фёдор Красный из Юрьевца, крестьянин Григорий Лапша из Кинешмы и другие. В их числе и боярин, князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский (1586-1610).

М.В. Скопин-Шуйский родился 18(8) ноября 1586 года в знатной семье, принадлежавшей к старинному роду князей Шуйских, потомков суздальских князей - его третьей линии.

Отец полководца, боярин, князь, Василий Фёдорович Скопин-Шуйский (умер в 1595 году или в 1597 году, перед смертью принял иночество под именем Иона), русский военный деятель. Уже к апрелю 1577 года он стал боярином, участвовал в Ливонской войне в 1570 году в качестве воеводы сторожевого полка. В 1573 году являлся стольником и был направлен в качестве наместника, а потом воеводы в Псков. Потом занимал высшие посты в других городах, участвовал во всех войнах своего времени. Похоронили его в Суздале в церкви Рождества Богородицы вместе с отцом Иваном Васильевичем Скопой. Его женой являлась княжна Елена Петровна Татева (1570 – 1631), принявшая постриг с именем Анисья, её погребли в Троице-Сергиевой Лавре. Кроме Михаила у них был рожден в браке сын Симеон.

Родитель самого В.Ф. Скопина-Шуйского - князь Фёдор Иванович Скопин-Шуйский (умер в 1557 году, сын князя Ивана Васильевича Скопы, по прозвищу отца (Скопа)), он то и получил прибавку к фамилии – Скопин. Как и отец, Фёдор Иванович всю жизнь отдал военной службе, занимая самые разные должности.

Таким образом, именно прадед Михаила Скопина-Шуйского получил прозвище «скопа» – так именовали на Руси грозную птицу, когтившую в реке рыбу. Вот от этого прозвища и родового имени и возникла двойная фамилия Михаила Васильевича.

Когда мальчику исполнилось восемь лет, умер его отец и воспитанием Михаила всецело занялась мать – Елена Петровна, дочь князя Петра Ивановича Татева. Скорее всего, юношеские годы Скопина-Шуйского прошли в Кохме – родовой вотчине Скопиных. Будущий полководец отличался здоровьем, большой физической силой и был страстным охотником. Заведённая им охота в Кохме славилась даже в Москве.

Уже в 1604 году он стал стольником при царе Борисе Фёдоровиче Годунове, при Лжедмитрии I ему был пожалован чин «великого мечника». Выполняя царское поручение, сопровождал царицу, вдову Ивана Грозного Марию Нагую, признавшую Лжедмитрия I за своего сына.

В 1606 году с приходом к царскому престолу своего родственника, князя Василия Ивановича Шуйского, юный князь был назначен воеводой. Активно участвовал в подавлении восстания Ивана Исаевича Болотникова. В бою у реки Похра войско Болотникова потерпело поражение от Скопина-Шуйского. Кроме того, на реке Вырке войска Скопина наголову разбили отряд мятежного князя Андрея Андреевича Телятевского (? -1612) по кличке «Хрипун», стремившегося на помощь Болотникову. Отличился наш земляк и в битве у деревни Котлы 2 декабря 1606 года, применив раскалённые ядра. С войсками Болотникова Скопин-Шуйский воевал и при штурме Калуги, опять же применив военную хитрость – под прикрытием передвижных «туров» он велел двигать перед собой дровяной вал, чтобы окружить и поджечь деревянный город. Правда, вождь восставших разгадал задумку Скопина.

В 1608 году он по поручению царя Василия Шуйского начал переговоры со шведским королём Карлом IX о союзе против Лжедмитрия II. И здесь необходимо признать ещё и незаурядные дипломатические способности Скопина-Шуйского. В обмен на помощь шведов Россия отказывалась от прав на Ливонию и уступала Корелу с уездом. В мае 1609 года, собрав русский отряд и получив помощь от шведов, М.В. Скопин-Шуйский выступил к Москве, разбив под Торжком, Тверью, Калязиным, Дмитровом, на Каринском поле под Александровской слободой войска сторонников Лжедмитрия II. Заслугой князя являлось и то, что благодаря его усилиям к маю 1609 года основные районы русского Севера и Заволжья были освобождены от хозяйничавших там отрядов «лисовчиков», как прозвал народ отряды польского авантюриста, полковника Александра Лисовского. Ряд современных исследователей называют войско, созданное Скопиным в то время, Северным ополчением. Освободив поволжские города, а также Троице-Сергиеву Лавру, он снял блокаду с Первопрестольной и 12 марта 1610 года торжественно въехал в Москву. Народ оказал ему самый восторженный приём.

Но ещё в 1609 году рязанский воевода Прокопий Ляпунов отправил Михаилу Васильевичу послание, в котором предполагал добиться отречения Василия в пользу его племянника Скопина. Скопин-Шуйский, опасаясь кары царя Василия, велел арестовать посланцев Ляпунова, но затем отпустил их. Он ничего не сообщил царю об этом инциденте. Так в отношениях между царём и его племянником пробежала чёрная кошка.

И здесь уместно сказать о семейных делах полководца. Женился М.В. Скопин-Шуйский на Александре Головиной, дочери царского казначея, боярина Василия Петровича Головина (?-1612); после смерти мужа она постриглась в монахини. Причём, его свадьба состоялась одновременно со свадьбой царя Василия Шуйского на княжне Марии Буйносовой-Ростовой – 17 января 1609 года. Назначение свадьбы Скопина вместе с царской явилось выражением особого благоволения Государя к племяннику.

Рост популярности Скопина-Шуйского в условиях Смуты и нестабильности власти вызвал у царя и бояр зависть и опасение. Скопин-Шуйский получил приказ срочно прибыть в Москву. Торжественная встреча, устроенная ему москвичами, усугубила опасения бояр. После пира по случаю крестин сына князя Ивана Михайловича Воротынского Михаилу Васильевичу вдруг стало плохо. Уже на пиру у него открылось сильное кровотечение из носа. Командующий шведскими войсками, будущий граф и риксмаршал Якоб Делагарди (1583-1652), с которым у Скопина сложились дружеские отношения, срочно прислал своего личного врача, но медицинская помощь оказалась бессильной – 3 мая (23 апреля)1610 года князь умер. По распространённой версии, он был отравлен женой брата царя Дмитрия — Екатериной Григорьевной Скуратовой-Шуйской. Есть плохо аргументированная версия о том, что князь Михаил умер от тифа. Иностранцы-современники тех событий утверждают, что Михаила Скопина-Шуйского отравили по приказанию Василия Шуйского.

Д.И. Шуйский, брат царя, бездарный военачальник, люто ревновал к полководческой славе своего молодого родственника, когда Скопин въезжал в столицу, у Дмитрия случилась настоящая истерика. Москвичи, узнав о гибели Скопина, бросились к дому Д.И. Шуйского – того спасло только то, что царь выслал отряд на помощь брату.

Скопин имел громадный рост, в Москве не могли найти подходящего гроба и поэтому увеличили имеющийся с обеих сторон. Похоронен он был с царскими почестями в Архангельском соборе Московского Кремля.

Михаил Васильевич Скопин-Шуйский вошёл в историю не только глава Северного ополчения, но и как народный герой и надежда России. Он нашёл признание у потомков. Так, скульптурный образ Скопина увековечен в череде барельефов памятника Тысячелетию России, открытом в 1862 году в Новгороде (ныне – Великий Новгород, автор памятника – Михаил Осипович Микешин (1835-1896)).

29 августа 2009 года в Калязине был торжественно открыт памятник выдающемуся полководцу. Именно там, на реке Жабне, в непосредственной близости от Калязина монастыря, 28(18) августа 1609 года, войска под руководством Скопина нанесли поражение польским воеводам Яну Петру Сапеге (1569-1611) и Александру Зборовскому (?-1621). Победа в Калязинской битве сыграла ключевую роль в спасении Москвы и Троице-Сергиевой лавры от тушинцев и их польских приспешников. Местный поэт А.Д. Комлев писал:

- Калязин! Жизнь твоя богата

На битвы, подвиги, стихи.

Здесь Скопин-Шуйский бил когда-то

Литовско-польские полки.

Жители Ивановской области могут гордиться, что этот замечательный человек приходится нам земляком. Мать и вдова Михаила Васильевича, пока были живы, владели родовой вотчиной – Кохомской волостью, в которую входили сёла Иваново, Рождествено (ныне – современный город Кохма) и Семёновское.

В Кохме 23-24 апреля 2010 года состоялась всероссийская научная конференция «Смутное время: итоги и уроки», перед её началом был освящен камень в основание будущего памятника Скопину-Шуйского в знак признательности от потомков и в благодарность за его беспримерные усилия по спасению Отечества от Смуты.

В XVII-XVIII вв. в Костроме ходила такая легенда, что избранию царём Михаила Романова послужило и то обстоятельство, что звали его Михаилом как и любимого в народных массах Михаила Скопина-Шуйского.

Не о каждом известном человеке народ слагает песни. Вот одна из них:

- Он очистил царство Московское

И великое государство Российское.

На великих тех радостях

Служили обедни с молебнами

И всю Литургию великую,

На великих на радостях пир пошёл,

А пир пошёл и великий стол

Про Скопина князя Михайлу Васильевича,

Про весь православный мир, -

И велику славу до веку поют

Скопину князю Михайле Васильевичу.

Знаменитый русский историк Николай Михайлович Карамзин писал о Скопине: «Россияне видели, чего уже давно не видали: ум, мужество, добродетель и счастие в одном лице, видели мужа великого в прекрасном юноше и славили его с любовию, которая столь долго была жаждою, потребностью неудовлетворяемою из сердца, и нашла предмет столь чистый!»

Александр Семененко, доцент, кандидат исторических наук, директор ГАИО